Капитан Ульдемир. Властелин [сборник Литрес] - Владимир Дмитриевич Михайлов

вашей слабостью и неумелостью и захватить власть. Не кажется ли вам, что я рисую достаточно верную картину?

– Пока я не услышала ни одного условия. Не заставляйте меня ждать, Магистр.

– Это совершенно не в моих намерениях, скорее наоборот. Итак, мадам, если признать справедливость сказанного мною, то для вас остается лишь один достойный выход: законно имеющуюся у вас власть не менее законным образом передать человеку, которому она по плечу и который сможет справляться с нею и пользоваться ею на благо Ассарта.

– Передать законным образом? Я могу разве что завещать ее – но я еще не собираюсь умирать, можете мне поверить.

– Ну зачем же сразу такие высокие тона… Существует другой способ – тот самый, при помощи которого вы передали власть моему младшему брату…

– То есть… вы имеете в виду брак?

– Именно это, Жемчужина.

– И в супруги предлагаете, если не ошибаюсь, самого себя?

– Не надо быть ясновидящей, чтобы угадать это. Да, себя. Потому что у меня есть все права на это. Как я уже сказал вам, я сын Властелина, причем первый сын, старший; я не женат – следовательно, мне не придется ничего расторгать и делать кого-то если не несчастным, то во всяком случае ущемленным.

– Это трогательно. Но ведь вы хотите жениться не на мне, а на Ассарте. И вам не страшно?

– Я не боюсь власти, мадам. Я достоин ее.

– Это мало сказать.

– Доказательства не замедлят. Я ведь уже обещал вам: если вы соглашаетесь на мои условия – на Ассарт не ступит нога чужого солдата. Не говорит ли уже одно это о моих возможностях? Поверьте: они куда больше, чем у моего предшественника и младшего брата.

– Возможности, да… Скажите, это вы покушались на жизнь Изара? И не один раз! Но не лгите! Мужчины не лгут!

– О, мужчины лгут женщинам от начала времен – и им отвечают тем же. Но сейчас я не стану. Отвечу так: мне было известно об этих покушениях.

– И ни одно из них не удалось. Не кажется ли вам, что это противоречит вашим декларациям о бескрайних возможностях?

– Ничуть. Мои способности и возможности лежат в области большой политики, а не террора. То, что покушения эти провалились, должно скорее свидетельствовать в мою пользу, чем против меня.

– И покушение на меня тоже дело ваших рук?

– Покушение на вас? Мм…

– Вы обещали не лгать!

– Вот что я вам отвечу: раньше я не знал, как вы очаровательны, как вы… притягиваете. Вы были для меня просто безличной политической и династической силой, фигурой. Клянусь вам: знай я раньше, каковы вы – мне и в голову не пришло бы ничего подобного. Даже больше. Вот мой брат знал вас издавна, был, как говорят, неравнодушен к вам и пользовался взаимностью…

– Магистр! Это низко…

– И все же я закончу: так вот, будь я тогда на его месте – никогда в жизни и ни за что не допустил бы… не совершил бы… вы понимаете, о чем я говорю, в этом случае не хочу называть вещи их именами…

– Я благодарна вам за это, Магистр… – глухо проговорила Ястра.

– Счастлив сделать вам приятное. Итак, мое условие вы слышали. Прежде чем вы задумаетесь над ним, хочу добавить еще нечто. Мне достаточно многое известно и о вашей жизни в последние дни и месяцы. Я уважаю право каждого человека на чувство… И клянусь вам: ваши привязанности, ваши отношения, ваши приближенные, кем бы они ни были, – все это останется без изменения. Я не намерен посягать на вашу свободу. Ребенок, которого, как мне известно, вы носите, – этот ребенок будет безоговорочно признан наследником Власти. Но ему не придется со временем убивать меня – очень не люблю, когда меня душат, и думаю, что найду способ обойтись без этого милого ритуала. И единственное, что я могу еще сказать в этом отношении, заключается в следующем: при всей свободе ваших отношений с людьми, если вы изредка будете вспоминать о том, что я существую на свете не только как Власть, но и как живой человек, вы сделаете меня бесконечно счастливым…

Женщине опасно слушать такие речи; Ястра сознавала это, но прервать эти излияния не могла – или не хотела, быть может. Она не смотрела на Магистра, когда тот говорил, чтобы он не заметил выражения ее глаз; а когда он умолк – сказала:

– Я обещаю вам обдумать все, сказанное вами.

– Я рад этому, Жемчужина. Но вынужден напомнить: думать придется быстро. Десантные корабли Коалиции не станут бесконечно кружить около Ассарта; они должны либо уйти восвояси, либо выполнить приказ. У вас – считаные минуты.

– Я должна подумать, – упрямо повторила она.

Магистр Миграт встал с кресла.

– Быть может, я могу помочь вам прийти к решению?

Неторопливо ступая, он подошел и остановился совсем близко от нее – так близко, что Ястра – показалось – даже ощутила тепло, мощной волной идущее от его тела. Жемчужина Власти попыталась сосредоточиться, но думать было трудно, думать не хотелось, снова проснулся страх, зашептавший, что самое простое – подчиниться, снять с себя ответственность за все, что происходило и еще могло произойти. Массивная фигура рядом излучала ощущение надежности, от нее веяло решимостью и силой. «Великая Рыба, – подумала Ястра какими-то ускользающими мыслями, – неужели я ни на что другое не пригодна – только на то, чтобы меня покоряли силой, заставляли делать то, чего я не хочу?.. Но если я и на самом деле такова – не могу же я изменить самое себя…»

Она почувствовала, как Миграт взял ее руку, поднес к губам. Они были горячи. «Нет! – беззвучно кричала она самой себе. – Не хочу! Нет!» – и чувствовала, что не выдержит, что сейчас согласится на все, чего он требует – и еще потребует, – она знала, что потребует вот прямо сейчас. «Проклятая судьба…» – подумала она, невольно закрывая глаза. Его тепло придвинулось еще ближе, другая рука обняла ее за спину.

– Я не помешал? – В ее сладкое поражение ворвался насмешливый голос. И рухнуло волшебство. Ястра вскочила, Миграт сделал шаг назад – на допустимое приличиями расстояние. Однако не поздно ли уже было?

– Сердечно приветствую вас, эмиссар! Но не слишком ли вы поспешили?

Ульдемир. Да, сомнений не было – это ее советник стоял посреди комнаты, подбоченившись, усмехаясь. Фигурой, ощущением силы он уступал, конечно, Миграту – однако некая уверенность в себе исходила от него. И Ястра вздохнула облегченно.

– Как ты вовремя… – пробормотала она скорее самой себе, чем ему. – Я так рада…

– Да, действительно, – согласился он. – Сейчас опаздывать вредно… Эмиссар, угодно ли вам, чтобы я проводил вас к выходу? Или предпочитаете разобраться в отношениях немедленно?

Однако